Что видели они во мне?
Давно, давно, давно.... в некотором царстве, в некором государстве меня любили дети.
Просто так, не за что и не от чего-то.
Не страшась расспрашивали, смеялись ,рассказывали истории, бегали в салки и висели на турниках, отжимаясь на спор. Но особенно удивляли маленькие карапузы, двух лет от роду, которые бежали и тянули ручонки, не смотря, что его за шиворот держали их маменьки.
Они что-то видели глубже, выше и над... чем просто ребятня и девочки со знакомого двора.
Они мне улыбались особенной улыбкой...
Но...
Вчера опять на меня смотрел ребенок.
Маленькая голубоглазая девочка, держась за руку своей матери, чуть испуганно взглянула в мою сторону. Мне стало не по себе от её взгляда, прозрачного, детского, наполненного ужасом и болью.
Я, усмехнувшись лишь кончиками губ, подмигнул ей.
Но её бровки сдвинулись к центру переносицы тонкими ниточками, и она отвернулась. Она тут же, опять повернулась - но все с той же, неумолимой скорбью на невинном личике. Заходя в раздвигающиеся двери мини-маркета, и отпустив держащую её руку мамы, чуть не споткнулась о порог магазина, смотря за меня, и постояв с минуту, отвернулась и убежала за ней вглубь магазина… Ухватилась за руку молодой женщины, покосилась на вход. Губы дрогнули в недовольство... мать наклонилась к ней, что-то спрашивая, пытаясь понять.
Мне расхотелось зайти вслед и, засунув руки в карманы куртки и опустив взгляд, скользнул мимо.
«Что ты увидела во мне такого ужасного, но все еще притягивающего твою детскую душу, кроха? Что теперь настораживает, отчего нет улыбки... ведь ранее... ранее все было не так»
Я помню эти минуты, мгновения… В разных городах бывшего «союза», на разных улицах…
Они всегда смотрели на меня. Сразу обращали внимание, не боясь и не смущаясь.
Широко открыты чистые глаза, улыбки, розовеющие щечки и ушки.
Совершенно незнакомые детишки улыбались мне и смотрели, открыв ротики на что-то надо мной. Их глаза лучисто искрились и трех-четырех летние карапузы тянули ручки ко мне замирая, а после махали мне ими вослед, будто прощаясь со знакомым им человеком. Вызывали недовольство родителей, которые недоуменно глядя их утаскивали и, наклоняясь и маша указательным пальцем, внушали им какие-то упреки и нотации.
Но, не смотря на недовольства их мамочек, все равно они оборачивались и вновь и вновь улыбались. Хлопали ладошками.
«Что же вы видели ранее, что изменилось до ужаса в ваших представлениях?»
Опустив голову и встряхнув на ветру волосами, разметавшимися по плечам, размышляю о последнем времени, проведенном лишь в линиях эфира. Неужели многочисленные атаки извне, битвы и распри в ареальном мире, споры и суета, расправы и торжество от многих успехов внутри Миров, существующих лишь в подкорке, сломали и обтрепали в кровь то, что вы видели. И теперь вы, маленькие создания, которые способны видеть невидимое, заметили эти изменения, эту боль…потерю того, что привлекало ваши взгляды, что вызывало улыбку и желание коснуться, сказать слово ...
Неужели моя надломленность бестолковыми битвами пугает маленьких херувимчиков?
Тяжело шагая в такт сердцу по улице, вдруг чувствую, что нет той легкости в походке.
Да и тугая боль под лопатку ударяет вновь и вновь, словно саднит язва от копья, нанесенная раненному зверю охотниками …тянущая, отдающая в грудь и ноги, мешающая лететь над мостовой как раньше.
Ветер треплет лишь волосы, но не дает плыть в его потоках...
Более не снится полет над городами.
Но у меня нет, да и не было крыльев...
И я не ангел, и никогда им не был…никогда!
NeCola © 10 июня 2009
«Ангельская пыль»


title="Зимняя Сказка"




